bosco dei pensieri

Все, без исключения, теоретики социальных и экономических систем - мне это казалось очевидным - имели очень особенное представление о так называемом пролетариате, который был предметом их изучения; они все рассуждали так, как если бы они сами - с их привычкой к культурной жизни, с их интеллигентскими требованиями - ставили себя в положение рабочего; и путь пролетариата представлялся им неизбежно чем-то вроде обратного их пути к самим себе.  Но мои разговоры по этому поводу обычно не приводили ни к чему - и убедили меня лишний раз, что большинство людей не способны к тому титаническому усилию над собой, которое необходимо, чтобы постараться понять человека чужой среды, чужого происхождения и которого мозг устроен иначе, чем они привыкли это себе представлять.  К тому же я заметил, что люди очень определенных профессий, в частности ученые и профессора, привыкшие десятки лет оперировать одними и теми же условными понятиями, которые нередко существовали только в их воображени...

Ведь философия тоже ищет искупления, ибо нет истинной философии, в которой бы со всей ясностью не становилась проблема жизни. Одно ясно: новая философия нанесла удар именно по этим трем основным точкам в человеке - заменив индивидуальную судьбу коллективной, веру в Бога - верой в человека, душу - цивилизацию.телом. В большевизме есть нечто от чуда. Следуя своей железной логике, он оторвал миллионы людей от их прошлого: затем, определив, каким должен быть новый тип человека, он мобилизовал всю современную технику на его воплощение в жизнь. Антибуржуазные, антизападные, антикапиталистические мотивы представляются мне случайным моментом в истории мощного становления и развития большевизма: душа движения, на мой взгляд, скорее - в его неисчерпаемом коллективизме и, еще глубже, - в попытке заменить - в открытую - человека, созданного Богом, человеком, созданным нами (а значит, состоящим из одной материи). Думаю, что внешние признаки еще изменятся в соответствии с потребностями и об...

Сегодня напишу еще один пост про фильм, который также меня впечатлил в последнее время. Называется он "Отель "Руанда" и рассказывает о событиях 1994 года, которые для большинства из нас прошли незаметно. Ну где эта Руанда? И правда, слишком далеко от "цивилизации", что и знать о ней особо-то и не нужно. Мы так привыкли слышать новости о бомбежках в любой точке планеты, что нас теперь этим не удивить, и занимает эта новость максимум минуту эфирного времени одного новостного блока. А там все по-другому... Там жизни настоящих, обычных людей, которые существуют сейчас и умирают сейчас.. Умирают по чей-то воле... Итак, чтобы понять всю трагедию, могу сказать, что сейчас население Руанды составляет 12 млн. человек. На тот момент 20летней давности оно составляло примерно 8 млн. человек. Так вот по официальным данным, в ходе резни (а другого оружия, кроме как мачето, у них практически не было), было убито 927 000 человек. Задача состояла в том, чтобы уничтожить одну...

В последнее время стала меньше читать, но постоянно случаю аудиокниги, подкасты передач, и порой появляются настоящие открытия. Вчера, зайдя на  predanie.ru  в новинках медиатеки, я и увидела этого потрясающего руского писателя. В школе мы "проходили", а вернее "пробегали" по страницам его прозы, из которой я, к своему стыду, помню только "Князя Серебряного".  А ведь Алексей Константинович писал замечательные поэмы, потрясающие пьесы и, как оказалось, страшные рассказы про нечисть и упырей. Вот именно этим русским словом мы называем вампиров. Казалось бы, зачем православный портал публикует и озвучивает такого рода книги? В католической среде, например, даже Данте становится под запрет в последнее время. Знаете из-за чего? Вот он такой не толерантный :) черное называет черным, женщины в аду и тп. Мне с каждым днем все более жаль католиков, которым сегодня достался в наказание папа-шут, который ходит по квартирам с миссионерской целью и запрещает нас...

Но мы уже прозреваем иной лик.  В коммунизме еще трепещет душа старой России: мука Тараса Бульбы, волжских казаков, униженных и оскорбленных Достоевского.  Человек здесь ощутил хрупкость человеческой природы и возмечтал об апокалипсическом избавительном искуплении.  В других странах потребность в искуплении - предчувствие счастливейших минут, или вера, или просто стимул к развитию; в России, очевидно, это был неутолимое тревожное ожидание, мука народа.  В красной звезде монаха Бакунина народ увидел символ, в гоголевском славословии России народ обрел свою песню.  "О Русь, о Русь!" Жертвы не в счёт: оргиастические купания в кровавых банях мученичества ( какая боль, как подумаю о крови Христовой!), принесение в жертву целых поколений, всесожжение жизни - все это ничто, лишь бы пришло то самое избавление.  Только такое видение русской души позволяет хоть что-то понять в нынешней революции. Россия - страна, где наиболее ясно видно, что только христиан...

Сегодня скажу словами Елены Сикирич: ...Я не хочу, чтобы меня узнавали по новой прическе, модным ботинкам или заумной болтовне.  Я хочу, чтобы меня узнавали по сердцу.  Хочу, чтобы меня узнавали по тому, как я сражаюсь за свои мечты, за святое, за любимое мною, и по тому, как глубоко я это понимаю.  Я не хочу, чтобы меня узнавали по красоте лица или красоте фигуры.  Я хочу, чтобы меня узнавали по тому, как я люблю, как вдохновляю, как передаю свет, как делаю добро, как облегчаю страдания.  Я хочу, чтобы меня узнавали не по глазам, а по свету и огню, горящему в них...

Сейчас, перебирая свои заметки, нашла это изречение архимандрита Рафаила (Карелина), которое считаю безусловно верным: Религию нельзя доказать.  В религию можно включиться.  И Бог Сам открывает себя тем, кто стремится к Нему. Религия - встреча человека с Богом, а также встреча человека с самим собой…  Человек открывает свой дух, как алмаз в медальоне, который всегда носил на груди, не зная, что внутри его; открывает самого себя, как мореплаватель - берега неведомого, таинственного острова.

Русские находятся в каких-то очень панибратских отношениях со смертью.  Неужели расстояние между жизнью и смертью столь невелико?  Русский ответил бы, что его и вовсе нет, особенно - новый человек большевистской формации.  Общеизвестно, что его душа, созидающаяся на фоне безмолвия степи, однообразия её небес, густого сумрака её ночей, всегда тяготела к фатализму.  Русский говорит так: "Та серая мгла, что вздымается в десяти шагах от моей избы, - цвет земли или цвет неба?" Неизвестно. Небо и земля перемешиваются, день и ночь, долгими зимами, неотличимы; жизнь и смерть уподобляются друг другу.  И вот это устрашающее содержание жизни русская душа чувствует постоянно и везде - и в искусстве и в философии; когда она смеется и когда отдыхает. И отсюда-то и берет начало та нота печали, которая образует привычный фон русской драмы.  Кроме того, в этих людях, которых мы встречаем на здешних дорогах, ощущается мощное воздействие большевистского воспитан...

Прибыли раненные альпийские стрелки.  Они проделали тот же путь, что несколько дней назад; но больше не поют. У каждого внутри спрятана история, трагедия.  В мирное время хватило бы одной такой истории, чтобы взбаламутить жизнь какого-нибудь городка. Медбратья подходят и уходят; санитару подходят и уходят; лечащие врачи заботятся об исцелении тел. А вот капеллану подойти и отойти, не задержавшись, нельзя. Я не выполню свое дело, если не войду в душу каждому из них; а войти к ним в душу я смогу, лишь взвалив на плечи все их кресты.  Боже, Боже, капля за каплей придется мне отведать весь этот океан скорби. В какой-то момент мне кажется, что я иду ко дну. Чувствую резкую боль в сердце, сознание мутится, организм на глазах сдает.

Здесь на фоне пулеметной стрельбы и под настойчивый стук смерти, жизнь упрощается и распадается на свои главные ценности.  Условности, формальности, риторика низвергаются; в других местах они еще могут быть чем-то, могут казаться чем-то; здесь они теряют всякий смысл.  Здесь перед лицом смерти, - только est est, non non: истина и реальность, обнажено.  Я сжимаю чашу, словно она - Хриcтос на кресте, от своего имени и от имени своих братьев. Вижу в вознесенной гостии символ надежды. Совершаю мессу так, словно произношу клятву перед Богом и перед людьми.  Но потом я потерял веру в говорение, в проповедование, в обычные средства соприкосновения с душами.  Большую силу имеет акт милосердной любви.  Нести Христа в стакане воды, в куске хлеба или в шинели, которая защитит от холода. Когда человек находится в таком состоянии, что ему нужен стакан воды или кусок хлеба, он в состоянии увидеть Христа. И тогда формализм и условности вредны. Бл...

Творчество католического теолога Фомы Аквинского (1224-1274) устранило последние препятствия к синтезу римского и церковного права. Составить корпус канонического права папа Григорий XI (1227-1241) поручил кардиналу-доминиканцу Раймонду Пеннафорте (с итал. - сильное перо/ручка). В основу опубликованного в 1234 г. Корпуса были положены декреталии самого папы и сборник папских постановлений, собранных преподававшем в Болонском университете монахом Грацианом. Значительной опорой Святого Престола стали такие крупные землевладельцы, как монашеские ордена - Бенедектинский, Францисканский, Доминиканский, госпитальеров и т.д. В то же время появляется инквизиция, творящая безжалостную расправу над еретиками. В 1302 г. Бонифаций VIII буллой " Unam Sanctam " провозгласил: во власти папы 2 меча - светский и духовный, причем светский подчинен духовному. Короли обязаны служить церкви по первому слову папы; ему же принадлежит право карать светскую власть, которой этого права не было дан...

Вопрос о том, в чей компетенции находится назначение епископов - главы государства или римского первосвященника, и в настоящее время является камнем преткновения в отношениях между католической церковью и государствами. Папство превращалось в центр управления католическим миром. Выражение "Рим сказал" стяжало смысл окончательного вердикта. Вездесущий папский агент, легат или викарий фактически обрел право смещения и назначения духовных лиц. Папство превратилось в могущественную политическую и экономическую силу. В энциклике "Aeger cui levia" Иннокентий IV (1243-1254) заявил, что император, не подчиняющийся наместнику Христа, противится самому Христу, тогда как папа получил от Царя царей полную власть над всей Землей . Энциклика указывала на возможность вмешательства папы в светские дела, поскольку Святой Петр и его преемники были облечены правом связывать и разрешать не только людей, но и любые дела. Помимо инвеституры папы обладали рядом привилегий: диспе...

Смерть солдата - насилие над моей собственной жизнью: у меня умирает брат? Или умирает нечто внутри меня? Нет: это вопрос о смерти, который жестко встает передо мной, как тогда, когда она предстала мне на тропе детства, в образе мертвеца, покоящегося на цветах робинии, и я решил пойти в семинарию. В самой глубине своего призвания, думал я прежде, буду искать ответ: спокойный, мирный, полностью согласующийся с жизнью. И одновременно - умирать понемногу каждый день, так, чтобы даже и не замечать этого, превращая, посредством благодати, бремя каждодневной смерти в радость духовного обновления. Но вот теперь смерть неистовствует рядом со мной в своем самом зверском обличье. Русские падают взводами, плечом к плечу, как пшеница во время жатвы; люди умирают от голода; пленные умирают от истязаний и притеснений; дети натыкаются на адские машины; наши солдаты тысячами погибают в палатках или на дорогах. И драма каждого имеет продолжение у меня внутри: что означает это торжество ...

Или Бог есть, или Его нет. Если Он есть, из этого должно вытекать существование человека-христианина, который: молится, любит, нравственен, сохраняет порядок, является отцом, гражданином, мужем другом, признает первенство духа над материей, заботится больше о душе, чем о теле, живет на земле, но в конечном счете оказывается на небе. Если его нет, пусть человек возвращается в животное состояние: живет инстинктом, не задумывается о нравственности, рождается, как животное, и, как животное умирает, умирает: безжалостно уничтожая все то, с чем путались у него под ногами века, общественные институты и Церковь. Так что долой дом, семью, долой родину, долой дружбу доброту, порядок, достоинство, воспитание, искусство. духовную красоту: он пребывает на земле только как существо потребляющее и, соответственно, как существо производящее. Он рождается от акта скотской похоти и умирает с распадом составляющих его молекул - рассыпаясь, как ком земли, из которого вырвали цветок.

В нас все крепче убеждение, более того - мучительная уверенность, что справедливость нельзя вершить несправедливостью. Мы, итальянцы, в 5000 километрах от родины, приобщаемся к кровавой жертве, которая приносится в степи, где отвергаемый Бог творит Свое правосудие. Русские искупают свои отречения, немцы - свои, а мы - свои. .... Меня пугает человек 20 века. Не тот, которого я вижу на улицах этой страшной, кровоточащей Голгофы, но тот, что верховодит, тот, что хочет диктовать закон. Человек металлический, в белых перчатках, потерявший способность плакать, любить, думать; не имеющий больше ни лица, ни личности. Два самых характерных типа, по-моему, немец и русский. Один уничтожает мир все себя, других; другой уничтожает мир внутри себя, свое "я". И все же, наверно, нравственнее русский, потому что он принижает себя ради братства, в то время как немец истребляет других, чтобы возвыситься. Немец внушает нам страх: он смотрит на мир, движимый инстинктом ненав...

Прилуки... На лошади, скачущей во весь опор, мчится солдат-украинец. С близкого расстояния, доносится выстрел. Вот бегут немецкие солдаты, направляясь туда же, куда поскакал украинец, и пребывая в том же состоянии крайнего возбуждения. Идет классическая облава: травят нескольких оставшихся в живых "диверсантов". Охота завершается прямо перед нами, в окрестностях колхоза. В двух шагах лесок: туда, в гущу деревьев, устремляются преследователи. Еще несколько минут, и заяц пойман: это здоровенный парень; бледный, измученный, но глаза сверкают нешуточной страстью. Его ведут два украинских полицейских, на всякий случай, несколько немцев. Нам встретились русские ребятишки, которые салютуют по-римски "Viva l'Italia, viva il re". Другие сумели выучить еще пару-тройку любезных слов на итальянском. Девушки улыбаются, женщины работают, мужчины в благоговении склоняются перед священными предметами. В целом такое впечатление, что они хорошо восприняли приход ...

За что и как воевали итальянцы? Что видели и чувствовали? Об этом замечательная книга итальянского епископа Альдо Дель Монте (1915-2005), а еще вере, доброте, сочувствии и о людях на войне. Хочу привести отдельные цитаты. *** В открытке, которую ему удалось отдать кому-то в эшелоне, идущем в Италию, он пишет: "Война - штука неудобная: нас запаковали в этом поезде, как зашитые тюки. Станция назначения? Неизвестна; да поможет нам Господь". *** Капитан каждый день пишет домой и в подробностях рассказывает жене обо всем и обо всех. Каптенармус сегодня вечером записал, что любой кусочек Италии стоит тысячи Германий. *** "Дорогой мой итальянский солдат! Никогда не испытывал я к тебе такой любви, как теперь, когда вижу тебя на чужой земле, опечаленного не столько разлукой со своей матерью, оставшейся в одиночестве, сколько безмолвной скорбью других матерей и других солдат, которые страдают, быть может, несправедливо. Недоступное пониманию многих великих люде...

Германский король - саксонец Оттон щедро раздавал земли церковникам, и папе Иоанну XII казалось возможным иметь покровителя именно в его лице. В ответ на поступившую из Ватикана просьбу Оттон с большим войском вступил в Рим и был коронован 2 февраля 962 г. в качестве императора Августа. Это событие положило начало государственному образованию, которое в дальнейшем стало называться Священной Римской империей . Так восторжествовала идея союза трона и алтаря. В середине XI в. папство вступил в острый конфликт с Византией. Лев XI (1049-1054) потребовал от византийского императора и патриарха возвратить Риму земли Южной Италии. Папские представители, прибывшие в Византию, столкнулись с нежеланием византийской стороны удовлетворить эти притязания.  В результате 16 июля 1054 г. они предали патриарха Михаила Кирулария анафеме и покинули восточную столицу. В ответ созванный византийским императором собор предал анафеме папских легатов и обвинил Рим в том, что с середины 9 в. пап...

Последние несколько дней вышиваю и слушаю аудиокниги. И вот среди всего многообразия книг, которые есть на  predanie.ru , мне понравилось название книги  Граждане неба. Мое путешествие к пустынникам Кавказских гор  протоиерея Валентина Свенцицкого. Тогда я даже не представляла, какой чудесный мир скрывается за этим названием. Книга меня просто поразила и как-то умиротворила. Здесь же я увидела еще одну аудиокнигу Диалоги о вере и неверии , которая стала настоящим открытием, удивлением и просто замечательным источником для размышлений. Я просто уверена, что прослушаю ее не раз, потому что с первого раза не все утверждения и объяснения укладываются в голове. Очень советую всем!! А также советую прочитать биографию их  автора , чтобы полнее понять и прочувствовать содержание книг.