Она состоит из 6 ТРЕЗВОНОВ, которые в свою очередь разделены на ЗВОНЫ:
1. Предрассветный трезвон
2. Трезвон зари
3. Полуденный трезвон
4. Трезвон разрастающийся
5. Трезвон геноцида
6. Усиливающееся эхо
Я очень люблю первый трезвон... и особенно несколько звонов.
💓
ЗВОН ЛИКОВАНИЯ
Наследства для сына Гево не скопил,
Сокровищ скопить Тагуи не смогла.
Но сын-сирота в дар от них получил
Все лучшее, что им природа дала.
А что им дала она? Голос журчащий один -
То нежный,
Как голос вина, что струится с журчаньем в кувшин,
То звонкий,
Как ветер в ущельях, поющий о снеге вершин,
То мирный,
Так "Кха!" - свой псалом - куропатка поёт,
То вдруг полноводный,
Как мельничный водоворот.
Что знали они - Кутину, что была
Затеряна в анатолийской дали.
Но, видимо, память в их душах жила
О прадедах - тех, кто, скитаясь, пришли
Сюда, в Кутину, из какого-то Цхна
В какие-то сказочные времена.
И больше не знали они ничего,
Сгущалась уже янычарская мгла.
Кто мог рассказать им о том, что была
Деревня по имени Цхна и цвела
Она под Масисом, на склоне его?
Кто мог рассказать им о крае отцов?
Что Гохтном он звался, прекрасен и юн,
Что родиной был он гусанов-певцов,
Наш эпос творивших под пение струн...
...С пандирном в руках, что звенел, как родник,
На плоские камни присев у ворот,
Они воспевали глаза Сатиник -
Царевны аланов, не знавшей забот.
Потом о царе Арташесе рассказ
Они начинали - был мудр он и смел,
Стремительный, стройный и гибкий, как барс,
Он красный аркан с позолотой имел...
А сына его Артавазда с собой
Каджи увели - духи горных вершин...
Царь Трдат воспевался в тех песнях порой -
Он в них
Как могучий шагал исполин,
Он дамбы разнес,
Башни он сокрушил...
Ах, как похотлива была Шамирам,
Зной страсти её ослепил, закружил...
Ах, как величав был Прекрасный Ара -
И жил он прекрасно,
И умер, как жил...
А были порой неграмотны эти певцы,
Порою калеки, порою с рожденья слепцы,
Но пламень святой их всегда изнутри озарял,
Когда их тавих семиструнный сердца отворял.
И бог в этих песнях рождался - такой молодой! -
Бог огненнокудрый и с огненною бородой.
От мук родовых содрогались и небо, и твердь,
И море от мук родовых начинало кипеть,
Из горла тростинки огонь поднимался и дым...
Так пели они,
По просторам скитаясь родным:
О нашей земле плодородной,
О нашем вине,
О трепете наших сердец,
О лозе в вышине,
Так пели они
О пшенице в родимом краю,
О нашем веселье и плаче,
О павшем в бою -
Задуматься песней,
Мелодией тяжко скорбеть,
В стремительном танце
Руками взволнованно петь...
Кто, как не они, эти пальцы нам дал,
Чтоб пел барабан и гремела труба,
Кто ноги оленя нам дал и призвал
Зарю навасарда, что так голуба,
Кем дым очагов - дорогие огни -
И свет вардавара во мгле зажжены,
Кто все подарил это, как не они,
Сказители Гохтна, певцы старины.
И кто бы подумал, что полуразрушенный ствол
Из Гохтна далекого спасшийся чудом в огне,
В какой-то лачуге, где сумрак угрюм и тяжел,
От Гохтна вдали, в бесконечно чужой стороне,
Где гноя чужого зараза, как черная тать,
И тело, и душу грызет в лютый холод и зной,
Кто мог бы подумать,
Что Гохтн благородный опять
Сверкнет, засияет,
Такой же свободный,
Родной,
В достойном наследнике,
Славных гусанов-певцов,
Чьи трубы и звонкие струны в далекие дни
Дыханьем своим
От чужих отличались творцов
И недосягаемы этим поныне они.
Кто прихоть судьбы, кто каприз ее может постичь,
Тем более если... армянская это судьба?
Внезапный зигзаг божества, словно огненный бич,
Всю нацию вдруг разорил -
Но стенаний тропа
Дорогой становится, что к единенью ведет,
Падение вдруг превращается в новый полет...
Кто прихоть судьбы, кто капризы судьбы разберет,
Тем более нашей... армянской?
Комментарии
Отправить комментарий